Добро пожаловать в Центральную городскую библиотеку

им. А.С. Пушкина, уважаемые читатели!

четверг, 14 июля 2016 г.

Николай Кузнецов: гений разведки

«Пускай ты умер,
но в сердце смелых и сильных духом
всегда ты будешь живым примером,
призывом гордым к свободе, к свету»

     В 2016 году исполняется 105 лет со дня рождения легендарного разведчика времен Великой Отечественной войны – Героя Советского Союза  - Николая Ивановича Кузнецова.
    Родился Николай  14 (27) июля 1911 года в небольшой уральской деревушке Зырянка Талицкого района Свердловской области. Своего третьего ребёнка Иван Павлович и Анна Петровна Кузнецовы нарекли Никанором… Но с 1930 года будущий разведчик стал во всех документах именовать себя как Николай.
     После окончания начальной земской школы Николай осенью 1924 года переезжает в Талицу для продолжения образования в школе-семилетке. Надо подчеркнуть, что многие учителя отмечали у мальчика исключительную память, в том числе и зрительную. В классе он был всегда собран и внимателен, несмотря на живость характера и общительность. Уже в школьном драмкружке ярко проявилась удивительная способность будущего разведчика Кузнецова к перевоплощению. В одном из школьных кружков Николай научился играть на гармонике и балалайке, стал солистом в хоре. 
В Талицкой семилетке проявились впервые незаурядные способности Кузнецова к языкам. С огромным энтузиазмом он изучал немецкий язык, освоил международный язык «эсперанто». Еще выделяло Николая в школе пристрастие к чтению. Кузнецов любил играть в шахматы, самостоятельно решал шахматные задачи, хорошо играл и в шашки.

После окончания школы поступил в Тюменский сельскохозяйственный техникум. Проучившись год и став за это время комсомольцем, из-за смерти отца от туберкулёза вынужден был вернуться в родную деревню. В 1927 году продолжил учёбу в Талицком лесном техникуме поближе к дому. Будущему разведчику прекрасно давалась математика, он увлекался черчением. Все годы учёбы в техникуме Николай участвовал в самодеятельности – в любительских спектаклях, пел тенором под свою же однорядку. Из увлечений – любил лыжи, хорошо плавал, занимался стрельбой. Его товарищей поражала точность Кузнецова – он никогда и никуда не опаздывал, хотя часов, разумеется, не имел, а также подтянутость и аккуратность. Он никогда не врал, даже по мелочам. За полгода до окончания обучения по ложному обвинению в «белогвардейско-кулацком происхождении» он был исключён из комсомола и из техникума.
     Весной 1930 года оказался в Кудымкаре и был принят на работу Коми-Пермяцким окружным земельным управлением на должность помощника таксатора по устройству лесов местного значения. Здесь его восстановили в комсомоле. Позже был восстановлен и в техникуме, но диплом защитить ему не разрешили — ограничились бумагой о прослушанных курсах. 
   Участвуя в коллективизации, ездил по сёлам и деревням, подвергался нападениям со стороны крестьян. Именно его поведение в моменты опасности, а также знание немецкого языка и привлекло к нему внимание органов госбезопасности. С этого времени он сотрудничает с ОГПУ округа (агент «Колонист») и участвует в ликвидации в лесах бандитских групп.
         Летом 1932 года Кузнецов, будучи в отпуске, приезжает в Свердловск и успешно сдаёт приёмные экзамены на заочное отделение в индустриальный институт. Учась в институте, продолжает совершенствоваться в немецком. Через два года окончательно переезжает в Свердловск. Работает статистиком в тресте, чертёжником на заводе, в бюро технического контроля конструкторского отдела на Уралмаше. Обаятельный и общительный, умеет легко сходиться с разными людьми. Вскоре заводит знакомство с немецкими инженерами, работавшими на заводе. Таким образом, он получил возможность практиковаться не в немецком языке «вообще», а изучать многие его диалекты и наречия. Не все работавшие на заводе иностранцы были друзьями СССР. Некоторые из них демонстративно выражали свои симпатии Гитлеру. Среди них и вращался Кузнецов, заводил знакомства, обменивался грампластинками и книгами. Обязанностью агента «Колониста» было выявление среди иностранных специалистов скрытых агентов, пресечение попыток вербовки советских служащих, нахождение среди немцев лиц, готовых пойти на сотрудничество с советской разведкой.
     В январе 1936 года Кузнецов уволился из конструкторского отдела Уралмаша. С той поры он никогда и нигде не работал, а только выполнял задания органов государственной безопасности в качестве спецагента. Начавшаяся волна репрессий не обошла и Николая Кузнецова. В подвалах внутренней тюрьмы Свердловского управления НКВД Кузнецов провел несколько месяцев. По счастью, нашлись люди, сумевшие, быть может, рискуя собственным положением, добиться его освобождения.
В это время Кузнецов был рекомендован для работы в Центре. Вот какое впечатление произвёл при первой встрече Кузнецов Н. И. на начальника отделения в отделе контрразведки Главного управления госбезопасности генерала Райхмана Л. Ф.: «Я назначил Кузнецову свидание на завтра, и он пришел ко мне домой. Когда он только вступил на порог, я прямо-таки ахнул: ариец! Чистокровный ариец. Росту выше среднего, стройный, худощавый, но крепкий, блондин, нос прямой, глаза серо-голубые. Настоящий немец, но без этаких примет аристократического вырождения. И прекрасная выправка, словно у кадрового военного, и это – уральский лесовик!» Интересно отметить, что в армии Кузнецов никогда не служил. Без прохождения предварительной учёбы Кузнецов был оформлен как особо засекреченный спецагент с окладом содержания по ставке кадрового оперуполномоченного центрального аппарата.
Разведчику выдали «липовый» советский паспорт на имя Рудольфа Вильгельмовича Шмидта и дали задание по внедрению в дипломатическое окружение столицы. Кузнецов активно заводил нужные знакомства с зарубежными дипломатами, ходил на светские мероприятия и добывал необходимую для госаппарата Советского Союза информацию. Главной целью разведчика было завербовать иностранное лицо в качестве агента, согласного работать в пользу СССР.
С началом войны Кузнецов был зачислен в «Особую группу при НКВД СССР», возглавляемую П. А. Судоплатовым. Летом 1942 года он был направлен в партизанский отряд Дмитрия Медведева и должен был работать непосредственно в среде захватчиков в качестве немецкого офицера Пауля Вильгельма Зиберта.  Но Кузнецов не знал германскую армию, как ее должен знать немецкий офицер, поэтому вначале он прошёл специальную подготовку. Последующие месяцы в жизни Николая Ивановича были заполнены напряжённейшим трудом. Он изучал организацию и структуру – в мельчайших деталях – германских вооруженных сил, порядок официальных и внеслужебных отношений между военнослужащими. Награды, звания, знаки различия всех родов войск, полиции, СС, гражданских и партийных чиновников, правила ношения военной формы. Приходилось заучивать массу мелочей. Особое внимание в обучении уделялось немецкой военной технике. Стрелковое оружие он должен был не только знать, но и уметь из него стрелять.
Ещё будучи в Москве, в конце июля 1942 г., Николай написал в письме младшему брату Виктору:
«…Для победы над врагом наш народ не жалеет самого дорогого – своей жизни. Жертвы неизбежны. И я хочу откровенно сказать тебе, что очень мало шансов за то, чтоб я вернулся живым. Почти сто процентов за то, что придется пойти на самопожертвование. И я совершенно спокойно и сознательно иду на это, так как глубоко сознаю, что отдаю жизнь за святое правое дело, за настоящее и цветущее будущее нашей Родины». В этом письме была вовсе не патетика, простительная для уходящего на фронт человека: Кузнецов уже знал, что кроме разведки ему предстоит выполнить еще одно задание, действительно связанное почти со стопроцентной вероятностью гибели – уничтожение палача Эриха Коха.
С октября 1942 по весну 1944, почти 16 месяцев, он находился в занятом гитлеровцами Ровно. За это время он уничтожил 11 высших чинов оккупационной администрации. Но не стоит воспринимать его работу исключительно как террористическую. Главной задачей Кузнецова было добывание разведданных.
     Кузнецов не мог «держаться» вечно. СД и гестапо уже искали террориста в форме немецкого обер-лейтенанта. Разведчик и два его товарища ушли из города и стали пробираться к линии фронта. 9 марта 1944 года Николай Кузнецов, Иван Белов и Ян Каминский в селе Боратин нарвались на отряд УПА и погибли в бою. Ни один другой разведчик не смог продержаться в подобных условиях так долго, так глубоко внедриться в среду, обрасти столь значимыми связями. Вот почему «бойцы невидимого фронта» в один голос называют Н. И. Кузнецова разведчиком-нелегалом №1.

                                                                                            Ольга КОЛЫВАНОВА

Гладков Т. К.  Николай кузнецов. – Екатеринбург: Издательский дом «Сократ», 2011. – 384 с.

Кузнецов В. И.  …И стал разведчиком: детство и юность Николая Кузнецова. – Свердловск: Средне-Уральское книжное издательство, 1983. - 183 с.




Комментариев нет:

Отправить комментарий